Выступление митрополита Сергия (Фомина) на заседании секции «Попечение Церкви о душевнобольных людях. Психические расстройства и личность больного: вызовы времени» 24 января 2026 года.
Досточтимые отцы, уважаемые доктора, братия и сестры!
Сердечно приветствую всех вас на нашей секции, призванной обсудить одну из самых сложных и скорбных проблем современного человечества: психические расстройства. Мы призваны говорить о страждущей человеческой душе в эпоху, которую, по слову апостола, можно назвать временем «отступления» (2 Фес. 2:3). За долгие годы служения, в том числе в инославных пределах, мне не раз доводилось воочию видеть, как общество, отпавшее от святоотеческого предания и духовных корней, само становилось рассадником душевных недугов. Правда, мы знаем также и то, с какой жадностью люди возвращаются к духовному и интеллектуальному наследию Христовой Церкви после десятилетий атеизма.
С точки зрения православного Предания, истинное душевное здоровье — это не просто отсутствие скорбного списка диагнозов. Это живое, благодатное состояние личности, устремлённой к соединению со Христом как Источником жизни и Спасителем нашим. Здравие души – это, прежде всего, способность к Богообщению. Способность к любви, к творению добрых дел, к спасительному покаянию, к несокрушимой надежде, к отвержению своеволия. Всё это — плоды благодатной связи с Жизнодавцем.
Недуг же есть, напротив, разрывание, повреждение этой связи. Психическое расстройство — это тяжкое страдание падшей человеческой природы, которое затмевает и искажает это спасительное общение с Богом и другими людьми. Болящая душа может терять ощущение реальности, рассудительности, погружаться в пучину уныния, малодушия или тщетной ярости.
Но есть повреждение куда более глубокое и пагубное, нежели страдание души. Это бесоподобие, особое состояние человека, заключающееся в добровольном уподоблении человеческой воли воле падших духов. Оно проявляется стремлением ко греховному растлению: растлению себя через страсть, растлению отношений с ближними через эгоизм, растлению самой связи с Богом через гордыню. Это состояние добровольного душевного сиротства, духовного своеволия, которое в сущности своей есть смерть души. Наблюдая устроение современного общества, мы с горечью видим, как возводятся в ранг новой нормы кумир абсолютной «свободы» от всяких нравственных уз и культ самоутверждения. Эти формы социальной жизни порождают невиданную ранее эпидемию одиночества, тоски, душевной пустоты и агрессивности, которые сами становятся источником психических заболеваний и расстройств поведения. Созданный Творцом мир, поврежденный произволом человеческой души, становится теперь главным источником её недугов.
Перед нами открывается главная прелесть и трагедия нашего времени. Оказавшись в духовной пустыне, мир устремился не к православному Преданию как к источнику воды живой, а к созиданию своих собственных лжеучений о человеке. Многие влиятельные течения психологии и психиатрии, часто того не ведая, стали пользоваться древними заблуждениями, суетными подменами веры, которые закрывают путь пациента к Богу и ко спасению. Вместо исцеления они часто предлагают интеллектуальный яд, красиво упакованный в современную научную терминологию.
Один из таких соблазнов — это представление о душе как о механизме. Деятельность человеческого сознания часто рассматривается лишь как взаимодействие «сети нейронов» и «комплекс реакций», где нет места свободе воли, совести, ответственности пред Творцом. Это представление фактически отвергает существование разумной души, сводя ее к функционированию тела. Оно порождает ложное впечатление, что человеку можно «настроить поведение», как программу у робота. Ни о каком Богообщении тут не может быть и речи. Как не находится у последователей этих воззрений и места для диалога с Церковью врача-психиатра и психолога.
Частным случаем такого «психологического материализма» является низведение всей высоты человеческого духа, творчества, веры и любви к сублимации животных инстинктов. «Срамословие» в духе фрейдизма является поруганием святыни человеческого духа, что затворяет путь к уразумению подлинной, жертвенной любви Христовой и роли Церкви в сохранении психического здоровья людей.
Другой сегодняшний психологический кумир — это учение о «самоактуализации». Высшая цель жизни объявляется в том, чтобы «стать собою», раскрыть «свой потенциал». Это звучит лестно для падшего естества. Но когда человеческое «Я» становится мерой всех вещей, а Бог — лишь «психологической проекцией», мы имеем дело с превозношением человеческой природы, которая будто бы сама, без помощи Бога способна решить, что является добром и злом. А это и есть прямой путь к духовной слепоте и тяжким страстям, корень которых — бесовская гордыня.
Еще одним коварным заблуждением является представление о том, что психически и физически здоровым является тот, кто «эффективно функционирует» в современном обществе. При этом не принимается во внимание, что это общество само может быть духовно больным. В этом случае врачеватель души вместе со своим пациентом рискует стать слугою греха, помогая человеку войти в царство бесов и заглушить голос совести, взывающей против этого царства. Человеку предлагается быть «успешным» в делах тьмы, вместо того, чтобы указать путь к свету Христову.
Неподобные взгляды «лжеименного разума» не исцеляют душу, но усугубляют болезнь, нанося душевнобольному двойную язву: они отнимают у страдания его высокий, спасительный смысл, ввергая человека в отчаяние, и одновременно укрепляют в нём эгоизм, который сам по себе часто является причиной душевного неблагополучия.
В поисках правильного ответа на эти ложные учения о душе многие верующие и даже пастыри пытаются найти универсальный ключ к решению всех сложностей в святоотеческом учении, различающем в человеческой природе дух, душу и тело. Однако в современных рассуждениях о трихотомии сокрыто тонкое, но опасное искушение – подменить целостность человеческой личности очередной схемой и представить человека состоящим из трех «частей», – отдельных и почти материально осязаемых.
Важно помнить и понимать, что святые отцы, говоря о составе человека, прибегали к языку своей эпохи как к миссионерскому и педагогическому инструменту. Они брали термины, уже существующие в античной мысли, чтобы наполнить их новыми смыслами Евангелия. Их целью было не описать «устройство» человека, а указать на целостное человеческое существо, духом устремленное к Богу, душою живущее и чувствующее, а телом действующее в мире.
Термин «душа» – богословский и философский по своему происхождению – сегодня зачастую не различается от научного термина «психика». Душа у святых отцов – это средоточие находящегося в Богообщении ума, чувств, воли и арена духовной брани. Психика же в современной психиатрии и психологии – это совокупность процессов, доступных изучению научными методами. Психиатр работает не с «душой» в святоотеческом понимании этого слова, а с конкретными нарушениями функций нервной системы.
Схожим образом «дух» – это не просто некий «объект для воздействий священника». Дух – это место соприкосновения человека с Божественной благодатью. Духом можно вступать в личные отношения, направляться к добору через покаяние и молитву. При этом священник – это свидетель, пастырь и совершитель таинств. Его не нужно упрощенно рассматривать как специалиста, профессией которого является «управление духом».
Из Святого Евангелия мы знаем, что Сам Господь наш Иисус Христос исцелял не абстрактную «душу» или «дух», а людей целиком: слепых, хромых, бесноватых. Он возвращал им целостность. Точно так же и духовенство помогает человеку свободно выстроить правильные отношения с Богом, бороться со страстями, заботиться о целостной личности, ищущей спасения, а не о некой обособленной «духовной составляющей» человека. В таинстве Елеосвящения священник не восстанавливает некую отдельную субстанцию под названием «дух», но молится об исцелении и души, и тела больного. Практика духовничества также всегда учитывала единство природы человека: пост, поклоны, телесные труды – всё это средства исцеления всего человека.
Христианская антропология, включая ее трихотомическую терминологию, существует не ради удовлетворения нашего любопытства о строении человека. Христианская антропология – это педагогический инструмент для устремления человека к обóжению. Преподобный Максим Исповедник писал, что цель человеческой жизни – восстановление изначальной целостности через соединение с Богом во Христе. Углубляясь в антропологические схемы как в самоцель, мы рискуем впасть в интеллектуальное идолопоклонство, остановившись на созерцании инструмента, забыв о цели. Апостол Павел призывает нас: «Достигайте любви; ревнуйте о дарах духовных» (1 Кор. 14. 1). Любовь и единство с Богом – вот мерило подлинно православного понимания человека, а не точность описания человека через схемы, заимствованные у святых отцов без должного размышления и молитвы.
Психиатр лечит всего человека, страдающего расстройством психических функций, пользуясь достижениями научных методов и представлений. Духовенство окормляет целостную личность на пути спасения, следуя Благодати и церковному Преданию. Их сотрудничество — это не воздействие на разные «части» пациента, а совместная помощь одной, единой и неделимой личности. Исходя из этого целостного видения, наш ответ на современные вызовы общества должен быть многомерным.
Отмечу в этой связи три основных направления нашего совместного противостояния вызовам современности, относящимся к сфере психического здоровья.
Первое направление – это противодействие страданию человеческой природы, то есть противостояние самим проявлениям психического недуга. Здесь наш святой долг – всемерно укреплять соработничество пастыря и врача-психиатра. Лекарство и психотерапия – это суть Богом данные средства для врачевания повреждённого естества. Духовенство должно разъяснять, что подобает нам употреблять их с рассуждением, без суеверий и предрассудков, дабы облегчить бремя страдания, очистить храм души, в котором личность вновь обретет способность слышать тихий глас Божий и обретет силы для духовного подвига.
Второе направление – это противодействие влияниям мира, лежащего во зле. Как сохранить здравие души в обществе, систематически растлевающем её? Во многом это вопрос личного аскетического делания. Нам нужно научиться самим и научить чад наших, особенно юных, «гигиене души»:
- информационному воздержанию, то есть сознательному ограничению потока яда и смрада мира сего;
- укоренённости в евхаристической жизни и церковной общине, где человек является не частью безликого социально-экономического механизма, но живым членом Тела Христова;
- воспитанию внутреннего безмолвия через молитву, которая есть дыхание души в отравленной грехом атмосфере повседневности;
- стяжанию дара рассуждения, дабы различать, где глас Божий, а где – дух мира сего, предлагающий для греха красивые упаковки;
- наконец, научить любви. Потому что сегодня принято вступать в социальные отношения с целью заработать деньги, а не для того, чтобы реализовать и усовершенствовать свою любовь к ближнему.
Третье направление нашей совместной работы – по словам апостола, «брань не против плоти и крови» (Еф. 6. 12). И здесь хочу обратить еще раз внимание на таинственный и тяжкий феномен бесоодержимости. Со скорбию сердечной должен свидетельствовать, что многие современные специалисты в сфере психического здоровья, в благом стремлении избегнуть мракобесия, впали в иную крайность – в неверие опыту Церкви. Они наглухо затворили двери перед принятием христианского представления о том, что в некоторых, самых тяжких случаях, устойчивых ко всем способам лечения, мы имеем дело не только с проявлениями психической болезни, но и с порабощением человека силами тьмы.
Пренебречь влиянием бесов на душу, ослабленную психическим недугом, также было бы непростительным легкомыслием. Повсеместно наблюдаемое сегодня внутреннее устремление человека ко злу созидает духовный вакуум, в «отверстые двери» которого может войти демоническая сила, окончательно порабощающая волю. Смешение понятий бесопободия и бесоодержимости, то есть не различение внутреннего нравственного произволения с внешним порабощением бесам, ведёт либо к жестокосердному осуждению болящего либо к пагубному бездействию пред лицом духов злобы. Лечить такие состояния на основе ошибочных представлений о душе или одними лишь медикаментами – это всё равно, что пытаться потушить пожар, подливая в него то, что легко воспламеняется.
Здесь требуется наша соборность и высокий уровень доверия Церкви со стороны врачей. Мы еще раз говорим о необходимости трехстороннего сотрудничества: опытного духовника (для различения духов), верующего и открытого к диалогу с Церковью психиатра (для врачевания недуга природы) и клинического психолога (для уразумения особенностей устроения личности). Только совокупными усилиями мы можем поставить рассудительный диагноз и подать ту помощь, в которой нуждается страждущий человек.
Мы живём во времена лукавые и жестокие, однако, не новые для Церкви Христовой. Вызовы, предстоящие нам, требуют не только человеческого милосердия, но священной ревности, мужества духа и благодатного рассуждения на основании церковного опыта.
Истинное просвещение, которое провозглашает тема Рождественских Чтений этого года, — есть свет Христов, открывающий нам человека во всей его высоте и падении: и в высочайшем достоинстве образа Божия, и в страшной глубине его нравственного растления, и в реальности тёмных сил, которые ищут его конечного порабощения и погибели.
Подлинная нравственность – это нравственность, созданная не на основе ошибочных представлений о душе, а нравственность, укорененная в любви Спасителя. Следуя ориентирам Евангелия, врач-психиатр и психолог могут различать: где страдание природы, требующее лекарства; где грех бесоподобия, требующий вразумления и исправления; а где тьма одержимости, требующая молитвенного подвига и власти церковной, данной нам от Самого Господа Спаса нашего Иисуса Христа.
Наша общая задача – вооружиться на эту брань за человеческую душу святоотеческим разумением человека. Дать и пастырям, и врачам ясное понимание сути этой совместной борьбы. Дабы каждый на своём месте — во врачебном кабинете, в больничной палате или в священном пространстве храма – мог стать не просто исполнителем профессиональных обязанностей, но воином Христовым, способным распознать природу зла и подать ту единственно истинную помощь, которая ведёт страждущего человека к Единому Источнику жизни и здравия – к животворящему, спасительному Богообщению.
Молитвенно желаю всем вам помощи Божией на этом спасительном поприще, столь необходимом для исцеления современного общества. Да благословит нас всех Господь и укрепит для плодотворной работы на нашей секции!
